–>
Любой денек около пудвайской остановки дежурит гончая по кличке Герда. Нежная, умненькая она в всякую погоду встречает и провожает автобусы, ластится к прохожим, дескать, погладьте меня – я не плохая.
Герда тоже Юрина собака, потому миролюбиво помахивая хвостом, она сопровождает гостей к дому.
Навстречу, гремя тяжеленной цепью, уже рвется Граф. Нетерпеливо выбирает лапами, придавливает рожу к земля, крутится волчком – радуется.
На вид обыденный пес, даже хвостом повиливает. Рука так и тянется погладить густую чёрную шубку (отец Графа – канадский волк), но в последний момент что-то меня останавливает.
Глаза! Желтоватые, как как будто бы бы остекленевшие.
Тёмное дуло зрачка наблюдает немигающе. И от этого железного взора мороз по коже. Поди разберись, что у хищника на уме.
Вон он какой здоровый, безвозмездно что ему всего 18 месяцев.
– Ой-ей-ей, опасаюсь, – причитает мать охотника Юлия Евграфовна, бочком протискиваясь в калитку. Граф прыгает около, путается под ногами, пробует ухватить зубами палку.
– Фу!
Не разрещаеться! – отбивается старая женщина. На кой только этот линия нужен! какое количество кормлю, столько и опасаюсь, что укусит.
– Да не укусит он, – смеется отпрыск, – видишь, он просто играет. С этими словами Юра пробует повалить Графа на пояснице. Волчонок отчаянно сопротивляется, рычит, кидается на башмак и с чувством треплет рукав Юриной куртки.
Специально для Графа охотник смастерил во дворе конуру.
Рядом накидал резиновых деревяшек и шин, чтобы было что погрызть. Подкармливают волка мясом, картошкой, медлено приучивают к хлебу.
К огорчению, своим обладателем Юру Граф пока не признает, так что в течении пищи от него лучше держаться подальше, но ни при каких обстоятельствах не демонстрировать, что опасаешься.
Чем Юрий гордится, так это тем, что удалось научить собственного подопечного неким собачьим командам, к примеру, подавать лапу.
Бывает, Граф и проказничает. В один прекрасный момент цапнул задремавшую курицу.
В второй раз выкарабкался из ошейника и шмыгнул в примыкающий двор. В том месте тоже курицу слопал.
Было необходимо цыплят соседям отдавать, чтобы не бранились.
– Как в деревне к тому, что вы волка держите, относятся?
– Да по-разному. Одни, когда скотину забивают, несут для Графа кости, требуху.
Другие страшатся, вспоминают, что он своим воем всех волков в окружении притянет, дескать, прибегут из леса сероватые и всех нас тут перегрызут.
– А он у вас что, ночами на луну кричит?
– Как же! – радуется Юра. – Гавкать-то он не может.
Что будет делать с волком, когда тот подрастет, охотник пока не решил. Уповает, что темперамент у хищника, выросшего в неволе, будет не таким ожесточённым, как у его лесных братьев, и с ним окажется отыскать неспециализированный язык. Если же нет – необходимо будет дать в зоопарк либо на станцию молодых натуралистов.
– Жаль будет расставаться, – вздыхает Юрий. – Я к нему всей душой привязался.
Юрий Золотарев сам охотник, а на охоте без верного друга – собаки никак. Снова же дому охранник нужен.
– Был у меня неплохой сторожевой пес, кавказец, – ведает Юра, – но его отравили. А в прошедшем году в Глазов приезжал мобильной зоопарк, где среди животных была и сибирская волчица с мелкими волчатами. Им всего-то денька три отроду было. Вот я и зажегся – желаю волчонка!
Для чего? Для случки, конечно.
Найду добрую лайку, и если все окажется, щенки будут – для охоты лучше не отыскать! Сильные, бесстрашные, с волчьим нюхом, что раз в 10 острее собачьего.
Вправду, сходу забрать волчонка к себе Юре не разрешили – очень уж небольшой. Мы сейчас с зоопарком в Кез едем, так ты давай к нам спустя семь дней подъезжай, – повелел обладатель, – в том месте обо всем и договоримся.
Ровно спустя семь дней охотник был в Кезу. Волчонок к тому времени подрос, окреп.
Сторговавшись с обладателем зоопарка на 2-ух тыщах рублей, Юрий привез малыша в Пудвай. Именовал Графом. Вначале кормил молоком из соски, детскими растворами, позднее перебежал на собачий корм.
Наталия Хабибуллина
Невыдуманная история о волке живущем среди людей!
Граф
На деньках дома раздался звонок:
– Слыхали, в Пудвае мужчина дома волка держит!
Мы ноги в руки – и в деревню.
По дороге гадали, откуда у него этот волк? Может, раненого в лесу подобрал, возможно охотники мамку подстрелили, а малыша в деревню принесли.
Выяснилось, ни то, ни второе.